Читаем без скачивания [Яой] Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея/ The Scum Villain’s [Self-Saving] System - Мосян Тунсю

Это утверждение показалось Шэнь Цинцю по меньшей мере странным:

— Скажешь, что не приносил ему ученических обетов?

Задохнувшись от возмущения, Ло Бинхэ выплюнул:

— Нет!

Что ж, нет так нет — в конце концов, Шэнь Цинцю и сам не горел желанием развивать эту тему.

— Учитель, если вы согласитесь вернуться по доброй воле, вы сможете обговорить любые условия, — вновь подал голос Ло Бинхэ.

— Надо думать, мы ведём речь о том, что называют «явкой с повинной».

— Но вы же понимаете, что, покуда моя кровь пребывает в вашем теле, любые попытки бегства бессмысленны, — парировал Ло Бинхэ.

— Так вот в чём дело? — невесело усмехнулся Шэнь Цинцю. — Что ж, в таком случае, почему бы тебе просто не схватить меня?

В глазах застывшего Ло Бинхэ полыхнул огонь.

При виде выражения его лица сердце Шэнь Цинцю упало.

— Что-то не так с твоим мечом? — догадался он.

Помоги мне небо!

После падения в Бесконечную бездну Ло Бинхэ нашёл во внутренностях древнего монстра уникальный меч, который выковал сам Верховный Демон [1], используя кровь собственного сердца.

Потому этот меч носил имя «Зло, Сокрытое в Сердце» — Синьмо [2].

Одного имени достаточно, чтобы понять, что эта вещица далеко не безобидна, верно?

И, разумеется, в точности так и обстояло дело! Чем более мощным было наделённое духовной силой оружие, тем труднее было его контролировать. С древних времен до нынешних дней Синьмо успел сменить сотни хозяев, каждый из которых был несомненной жемчужиной своей школы — и всё же ни один из них не сумел избежать гибели от собственного меча.

Синьмо неустанно сопротивлялся любым владельцам, но в руках того, кто обладал достаточной силой духа, чтобы обуздать его, он становился непревзойдённым оружием — однако, стоило хозяину дать слабину, как он тут же становился очередным тельцом на заклание.

Ло Бинхэ из оригинального романа впервые пострадал от дурного нрава своего оружия вскоре после того, как попал в Царство демонов — тогда меч едва не пожрал его. В попытках разобраться с этой проблемой минуло около полутысячи глав пространного ответвления сюжета, на протяжении которого Ло Бинхэ успел обзавестись почти десятком новых сестричек.

Но теперь-то изначальный сюжет пошёл вразнос — и, если судить по хронологии, Ло Бинхэ предстояло вот-вот получить по полной от собственного оружия!

А это, надо вам сказать, не шутки. Неудивительно, что Ло Бинхэ не явился во плоти: разбираясь со своим мечом, он попросту не мог возглавить облаву.

Внезапно Ло Бинхэ вновь схватил Шэнь Цинцю за плечо, с силой дёрнув за одеяние.

Ну вот.

Опять он за своё!

Лицо Ло Бинхэ потемнело, словно днище котла на огне. Медленно роняя слова, он вымолвил:

— Хоть я и не могу отправиться в погоню сейчас, учителю рано радоваться.

«Хорош уже рвать мою одежду!» — мысленно возопил Шэнь Цинцю, схватившись за полу разорванного одеяния.

— Что ты творишь! — гаркнул он вслух. — Что, не придумал ничего другого, чтобы меня унизить?

— Разве не учитель унизил меня первым? — как ни в чём не бывало парировал Ло Бинхэ.

В последнее время Система явно взяла за правило встревать в самые неудачные моменты — вот и сейчас в голове тренькнуло:

[Вам начислено 50 баллов расположения.]

«За это, что, ещё и баллы начисляют? — возмутился про себя Шэнь Цинцю. — Да ведь ненормальность происходящего просто зашкаливает! И почему это никого, кроме меня, не беспокоит?»

Ло Бинхэ сжал кулак, распылив белую ткань на множество частиц, тут же сметённых ветром. Сделав шаг вперёд, он приблизился к Шэнь Цинцю вплотную, отчего в сердце мужчины закрался тошнотворный страх, хоть в выражении лица ученика пока не было ничего особо угрожающего.

Пусть Шэнь Цинцю прежде не замечал за учеником пристрастия к разрыванию чужой одежды, он не собирался покоряться своей участи. Пользуясь эффектом неожиданности, он нанёс Ло Бинхэ с дюжину стремительных ударов, после чего поспешил сделать ноги.

Хоть на стороне Ло Бинхэ было явное преимущество, он предпочёл поиграться с добычей, прежде чем вновь её сцапать.

Какую бы скорость ни развил Шэнь Цинцю, Ло Бинхэ не составило бы труда нагнать его в два прыжка. Когда же Шэнь Цинцю пытался атаковать, он без труда уклонялся, чтобы нанести символический удар в ответ. В сочетании с неуместными комментариями Системы, которая то и дело пиликала, что ему начислено то 20, то 30, а то и все 50 баллов расположения, это было воистину выше его сил!

После пары рывков туда-сюда в глазах у Шэнь Цинцю потемнело.

«Чего ты хочешь этим добиться? — воскликнул он про себя. — Играть со мной вздумал? Разве главная цель противостояния — не повергнуть противника во прах как можно скорее? На что это вообще похоже? Это даже не обмен булавочными уколами — скорее уж бессовестное избиение младенцев!»

Забывшись в этих мыслях, Шэнь Цинцю на мгновение утратил бдительность, врезавшись прямиком в Ло Бинхэ.

И тот вместо того, чтобы уклониться, лишь развёл руки, так что мужчина непроизвольно вновь очутился в его объятиях.

— А ведь некогда учитель сам предостерегал меня насчёт этого приема, — почти добродушно бросил Ло Бинхэ. — У него есть свои достоинства и свои недостатки, главный из которых — что нижняя часть тела теряет стабильность. Как учитель мог об этом забыть?

В этот момент разум Шэнь Цинцю был слишком занят цветистыми выражениями типа: «Ах ты мелкий сукин сын!!!»

Ведь именно в этом он некогда наставлял Ло, мать его, Бинхэ!

Память перенесла его к тем временам, когда Ло Бинхэ только-только перебрался из дровяного сарая в пристройку. Тогда его необычайно одарённый ученик умудрился разработать собственный стиль боя — однако же всё, что он напридумывал, за исключением нескольких основных движений, которым обучали всех младших адептов, было чистой воды хренью.

Глядя на то, как Ло Бинхэ с энтузиазмом демонстрирует ему выпады мечом, удары ногами и ладонью, Шэнь Цинцю едва мог удержаться от фэйспалма. Ученик же с нетерпением ожидал его вердикта.

Будучи не в силах спустить его с небес на землю, Шэнь Цинцю, поразмыслив, выдавил расплывчатое:

— Твой стиль весьма… гибок.

Ради того, чтобы хоть немного подправить пребывающие в плачевном состоянии навыки ученика, Шэнь Цинцю устраивал ему персональные ежедневные тренировки, не жалея времени и сил — и всё же по какой-то неведомой причине этот способный и восприимчивый ребёнок прогрессировал крайне медленно. Ло Бинхэ, которому,